– Я хотела бы понять, зачем вы все это затеяли, – произнесла Рут наконец.

– Я же говорил вам – чтобы успокоить Берти.

Ответ прозвучал неубедительно.

– Да и Саймону нужна мать… то есть женщина, которая могла бы о нем позаботиться. Берти до сих пор думает, что может справиться с малышом. Но это, увы, не так… Я должен подумать о внуке. Его безопасность прежде всего.

– А что, что-нибудь уже случалось? – спросила Рут.

Оуэн поморщился.

– Однажды Берти не уследила за ним, и Саймон пропал. Мы искали его несколько часов. Даже обращались в полицию. Я боялся самого худшего.

– Но он нашелся живой и невредимый, да?

– Да, – подтвердил Оуэн. – Саймон, играя, заснул в саду. Он такой крохотный, что я не сразу заметил его среди кустов.

Рут постаралась удержаться от улыбки. Должно быть, Оуэн чувствовал себя тогда полным идиотом.

– По крайней мере, с ним ничего не случилось, – спокойно произнесла она.

– Но ведь могло! – воскликнул Оуэн. – А Берти уже лучше не станет. Однако сказать ей, что она больше не годится в няньки моему внуку, выше моих сил. Она сестра моей матери, растила меня после смерти моих родителей – и я не хочу ранить ее чувства.

– Отсюда необходимость завести фиктивную жену?

Оуэн кивнул и спросил:

– Вы не против растворимого кофе?

– Я только его и пью.

– Сахар, молоко?

– Только молоко, спасибо… Расскажите мне про вашу жену.

Слова выскочили прежде, чем Рут успела понять, что именно сказала. Она вообще не могла похвастаться особой тактичностью. Обычно, что думала, то и говорила. Не всегда результат был положительным.

Оуэн напрягся, и Рут подумала, что ответа не получит. Но он заговорил, спокойно, сдержанно:

– Она была красивая, живая… тактичная. Хорошая мать – она вообще все делала хорошо. Не могу передать, как сильно мне ее не хватает…

– Извините, – пробормотала Рут. – Я вижу, вам тяжело говорить о ней.