– Но, дедушка… – Слезы были готовы брызнуть из глаз малыша.

– …если не случится что-то серьезное. Пораненная коленка – веская причина.

Саймон торжественно кивнул и посмотрел на Рут безо всякой робости. Его темные волосы были аккуратно причесаны, а глаза напоминали глаза Оуэна.

– А вы дедушкина девушка?

Рут все еще пыталась осознать тот факт, что малыш приходился Оуэну Стоуну внуком, и не нашлась, что ответить.

Зато на лице самого Оуэна отразился неподдельный ужас.

– Саймон! – воскликнул он. – Невежливо так разговаривать с гостями!

– Но Берти сказала…

– Неважно, что сказала Берти.

– Но дедушка…

– Хватит, Саймон!

Лицо мальчугана сморщилось, и Рут стало его жаль.

– Хочешь конфетку? – быстро спросила она.

Мальчик взглянул на деда, прося разрешения, и, когда тот кивнул, соскользнул с его колен и подбежал к Рут. Она нашла в сумке упаковку карамели и дала малышу. Саймон взял одну карамельку, остальное вернул Рут.

– Оставь себе.

– Как, все? – Темные глаза с надеждой смотрели на гостью.

– Да.

– Ой, спасибо! – И он подбежал обратно к деду. – Смотри, что мне дали!

– Надо же, как тебе повезло. Иди покажи конфеты Берти.

– Она спит.

Оуэн нахмурился.

– Тогда поиграй в своей комнате и веди себя хорошо. Я скоро приду.

– А можно я покажу тете мои новые машинки?

– Нет.

У Саймона задрожала нижняя губа.

– В другой раз, – сказал Рут, снова пожалев малыша.

Оуэн бросил на нее свирепый взгляд: должно быть, счел ее самонадеянной нахалкой. Но Рут знала, что другого раза не будет, всего лишь пыталась утешить мальчика. Она вовсе не имела в виду, что согласна на брак по расчету!

Это будет сущий ад для любой женщины, потому что Оуэн Стоун – в высшей степени привлекательный мужчина. Его глаза просто фантастические: глубокие, темные озера, в которых можно утонуть… Да чувствительной девушке хватит одного их взгляда, чтобы потерять покой! А его рот – широкий, щедрый, откровенно чувственный! Вот он целует ее, Рут ощущает его губы на своих…