— Кэсси! — заорал Тарлетон. — Покупателю нужен набор инструментов! Принеси ящик из партии, которую мы только что получили!

— Да, сэр! — раздалось в ответ, и тут же послышался звук торопливых шагов.

— Мало от нее толку, — проворчал управляющий. — Иногда и работу пропускает. У нее больная мать и шестилетняя сестренка. Думаю, скоро она останется одна с этой девчонкой.

— А разве ее мать не получает пособие? — удивился Джон.

— Пособие! — хмыкнул Тарлетон. — Она всю жизнь проработала сиделкой. Это еще до того, как заболела сама. То, что приносит домой Кэсси, их единственный доход. Отец давно ушел к другой. Просто бросил их, и все. Но, по крайней мере, у них остался дом. Не так уж это и много, но все же крыша над головой.

Джона что-то кольнуло, когда он увидел, как девушка, согнувшись, тащит тяжелый ящик. Она была такой маленькой и хрупкой, что, казалось, с трудом могла поднять даже уздечку.

— Давайте мне его. — Джон взял у нее из рук ящик и поставил на прилавок, затем осмотрел инструменты. — Что ж… неплохо.

— Дорогой, конечно, но он и стоит того, — сказал Тарлетон.

— Мой хозяин хотел бы открыть счет, но за инструменты я заплачу наличными. — Джон вытащил кошелек. — Он дал мне на мелкие расходы.

Глаза Тарлетона округлились, когда он увидел, как Джон начал отсчитывать двадцатидолларовые купюры.

— На чье имя я должен оформить счет?

— Коллистер. Джил Коллистер, — произнес Джон, не моргнув глазом.

— Слышал о нем, — отозвался Тарлетон. — У него огромное ранчо на Медисин-Ридж.

— Верно. Когда-нибудь встречались с ним?

— Кто, я? — усмехнулся менеджер. — Я не вращаюсь в этих кругах, сэр. Мы простые люди, а не миллионеры.

Джон почувствовал облегчение. Хорошо, если местные не будут знать, кто он такой. Джон не собирался в ближайшем будущем принимать участие в скотоводческих ярмарках, поэтому оставалось не так уж много шансов, что его лицо появится на страницах журналов. К тому же будет приятно, если его хоть раз примут за обычного человека.