Хлопнула дверь веранды, и ступеньки крыльца заскрипели под тяжестью грузной фигуры Эдны.

– Ханна, вы? – спросила она и нахмурилась. – А этот что здесь делает?

– Стемнело, поэтому Алекс решил проводить меня, – объяснила Ханна.

– Гм! – хмыкнула Эдна с такой недоверчивостью, словно Ханна призналась ей, что пришла не одна из-за страха наткнуться на оборотня в сегодняшнюю ночь полнолуния.

Когда пожилая матрона вернулась в дом, Алекс спросил:

– Она ваша родственница?

Ханна улыбнулась. Апекс впервые увидел, как ее губы тронула добрая улыбка, а не саркастическая усмешка, и впервые по-настоящему остро осознал, что хочет ее.

– Совсем нет. Во времена моего замужества Эдна работала у Эдварда экономкой. Когда я ушла от него, она поступила так же. С тех пор мы неразлучны, и Эдна стала для меня роднее и ближе любого родственника – Ханна с внезапной ясностью ощутила, что Алекс стоит чересчур близко от нее, и отступила назад – Спасибо за то, что проводили, и спокойной ночи.

Ханна порывисто развернулась. Внезапно ей захотелось убежать, запереться на ключ в какой-нибудь дальней комнате и усмирить дыхание, спрятаться от сокрушительной мужественности Алекса. Ханна так торопилась умчаться куда-нибудь подальше от него, что споткнулась на ступеньках крыльца. Она, вероятно, упала бы и расшибла коленки, если бы сильные руки Алекса не подхватили ее, возвращая ей равновесие.

Сжимая ладонями ее руки чуть повыше локтей, ощущая тепло ее кожи, Алекс долгую секунду боролся с искушением привлечь Ханну в объятья и впитать в себя жар ее тела.

– Спасибо, – снова пробормотала Ханна. Едва Алекс разжал ладони, она стремительно, словно пересекающая ночное небо звездочка, взлетела вверх по лестнице и скрылась в темноте дома.