— А где вы работали до того, как решили стать телевизионщиком? — поинтересовалась Аманда, решив направить наконец разговор в нужное русло.

— У меня свой бизнес. Небольшой, но на жизнь хватало.

— И чем же вы занимались?

— Почему в прошедшем времени?

— А разве ваша фирма не разорилась?

Стэн хмыкнул.

— Надеюсь, что она будет процветать еще долгое время. Бизнес, которым я занимаюсь, всегда приносил стабильную прибыль. Я покупаю некий товар, а потом его перепродаю. Ко мне в карман идет разница.

— Речь не о наркотиках?

— Да что ж вы так стремитесь навешать на меня ярлыки?! — возмутился он. — Если так хотите знать, то я продаю вина.

Аманда удивленно округлила глаза.

— То есть? Французские, что ли?

— И их тоже. Я занимаюсь поставками элитных вин. Сами понимаете, гурманы никогда не переведутся, так что работа у меня будет. — Он повернулся и указал на бар. — Кстати, здешний ресторан тоже покупал некоторое количество бутылок через меня. Две тысячи долларов за штуку.

— Я бы поперхнулась таким дорогим вином, — сказала Аманда, проводя рукой по волосам.

Стэн не обошел ее жест вниманием.

— Мне ужасно нравится ваша прическа. Обычно женщины предпочитают длинные волосы, особенно блондинки… Это же ваш натуральный цвет, я угадал?

— Угу, — сказала Аманда, ожидая какой-нибудь избитой шутки про блондинок.

— Так о чем я? Ах, о вашей прическе. Замечательно выглядите. У вас правильный овал лица, глаза такие огромные, очаровательный носик и губы… Конфетка!

Закидав ее комплиментами, Стэн снова начал есть. Аманда облизнула сухие губы. Чтобы ее чем-то удивить, нужно было постараться. Стэн Коупленд же не прилагал никаких усилий и, тем не менее, регулярно лишал ее дара речи.

— Приятного аппетита, — сказала она, понимая, что сильно запоздала с этим пожеланием.