Синди неизменно трогал тот поток любви, что обрушивался на нее, как только она переступала порог дома. Хотя вернее было бы сказать не «поток», а «канонада», с усмешкой поправила она себя в тот миг, когда Джонни ринулся к ней, победно размахивая листком бумаги.

— Синди, я получил «хорошо» за контрольную по математике! Только в одном месте цифру пропустил — и все. Можно я завтра пойду на тренировку по бейсболу, можно, Синди? Вот, посмотри сама!

— Молодец, Джонни. Я так тобой горжусь… — Она швырнула куда-то вбок свой портфель, но листок с контрольной из рук Джонни взять не успела: маленькая Тери обхватила ее колени и ее лепет: «Синди, Синди» — вклинился в общий радостный гам. — Привет, кнопка! — Синди подняла малышку и защекотала ей шейку губами, умудряясь при этом уворачиваться от жирных, в крошках от попкорна, пухлых ладошек.

— Батюшки! — Из кухни появилась миссис Стюарт и забрала Тери. — Да ты же сейчас тетю измажешь с ног до головы! Ну-ка, пойдем вымоем ручки и умоемся.

— Вы можете сегодня уехать пораньше, — сказала ей Синди. — Я только сбегаю наверх, переоденусь, а потом отвезу вас на вокзал.

На вокзал они поехали вместе с детьми. Вернувшись, Синди проверила домашнее задание Джонни, исправила две ошибки и повела всех троих наверх.

— Сначала уберем в спальнях, а потом поедем в пиццерию. Завтра нам с вами нужно встать очень рано, чтобы успеть на бейсбол, — напомнила она.

Миссис Стюарт свои собственные спальню и ванную рядом с гладильной комнатой, а также весь нижний этаж содержала в образцовом порядке. Но еще четыре спальни и ванные — это уж слишком. На такое никто не способен. Да, дом великоват. Так, во всяком случае, решила Синди, когда только переехала сюда, — вся ее квартирка была едва ли просторнее ее нынешней спальни. Однако, за исключением по большей части пустующих гостиной и обеденного зала, дети использовали каждый дюйм двухэтажного дома. Слава Богу, благодаря страховке мужа Клэр сохранила дом, так что Синди не пришлось лишать детей привычного простора для игр.