Эти слова привлекли внимание Алберты. Она оставила фрукты в покое и уставилась на Глорию.

— О чем ты говоришь?

Глория пожала плечами.

— Ты, наверное, слышала уже, что через три недели он устраивает здесь в парке большое торжество. Настоящий тарарам в честь покойного Монтегю Ричардсона, который двадцать лет назад бывал здесь время от времени. Похоже, этот Монтегю знавал множество народа, который и намерен теперь принять участие в этой грандиозной вечеринке. Все соседние городки на побережье и островах осаждают богачи, вдруг пожелавшие снять там жилье.

— Летом люди всегда стараются снять здесь комнаты.

— Но не как сейчас. На нас словно пролился дождь из сплошных миллиардеров, и кое-кто из них не очень-то приятная публика, как я слышала. Но и это еще не все. Твой мистер Стоун планирует не просто самый большой пикник в городе. Сегодня он обошел все вокруг, задавая всякие вопросы. И я говорю не о вопросах стоимости кварты черники или голубики. Очень личные вопросы. Выспрашивал подробности обо всех нас, что отнюдь не обычно для чужака.

Алберта положила еще одно яблоко в свою корзинку. Она поняла, что имела в виду Глория. Уже три человека расспрашивали ее о Лоренсе. И дело не в том, что любопытство — грех, а в том, что состоятельные люди, проводившие отпуск в Бухте Радости, обычно даже не замечали местных жителей. Если и замечали, то воспринимали их как часть курортного пейзажа подобно чайкам, скалистому берегу или накатывающим на пирс волнам.

— Может, он пишет книгу или собирается привлечь внимание прессы к своей вечеринке и хочет разрекламировать местных жителей? — высказала догадку Алберта.

— Ты так думаешь? — заинтересовалась Глория и взбила волосы.

Алберта не удержалась от улыбки. — Ты хочешь, чтобы я приперла его к стене и выведала его секреты?

— Может быть. Если бы ты сначала раздела его и позволила мне взглянуть на него.