По совести говоря, его родители тоже не интересовались, что на душе у их сына. Одно он знал наверняка: они хотели, чтобы он женился на Оливии Блэкберн. Нет, они ждали, что он на ней женится, но это было все равно что махать красной тряпкой перед быком. Уорс не собирался жить по чужой указке. Кроме того, он не любил Оливию. Однажды он уже совершил большую ошибку, влюбившись, и не собирался наступать дважды на одни и те же грабли.

Но он нуждался в том, что могла дать ему Оливия, ив этом заключалась вся проблема. Родители отдали ему триста акров земли, прилегающих к их владениям, но, поскольку его скотоводческий бизнес процветал, ему требовалось больше земли. Он решил бы эту проблему, женившись на Оливии. На землях, подаренных ей отцом, он сможет заниматься разведением лошадей, о чем всегда мечтал.

К черту женщин, подумал Уорс, снова вспомнив про Молли. Ему нужно выпить чего-нибудь крепкого, чтобы снять напряжение.

Только он собрался это сделать, как телефон зазвонил снова. На этот раз он посмотрел на дисплей и обнаружил, что звонит его мать. Ему ужасно не хотелось отвечать, но все же он это сделал. Наверное, она собиралась отменить ужин. Его губы искривились в самодовольной ухмылке. Он ни за что этого не допустит.

– Да, мама.

– Разве так политики отвечают на телефонные звонки?

– Я пока что еще не политик, – раздраженно ответил Уорс.

– Но станешь им, – сухо произнесла она, – как только заявишь о своем участии в выборах.

– Насчет этого я еще не решил.

– Похоже, тебе нравится действовать мне наперекор.

– Мама, если ты собираешься читать мне нотации, наш разговор окончен.

– Ты не посмеешь бросить трубку. – В ее голосе слышалась досада.

Несмотря на то что Ева Кавано была такой же высокой и худой, как он, это нисколько не умаляло ее привлекательности. Яркая блондинка с черными глазами, она знала толк в моде и следила за собой. Но когда была не в духе, как сейчас, ее приятные черты становились резкими и отталкивающими.