— Приятное предложение, — ответила Лейла. А он опять ждал, когда разум зашепчет: остерегись! Но нет. Напротив, он испытал облегчение: она не ответила ему отказом.

Он, прежде не веривший в любовь, теперь обнаружил у себя классические симптомы тяжелого случая болезни — любви с первого взгляда.

В своем нынешнем состоянии он считал бы себя счастливым, если бы мог проводить все время с Лейлой. И чтобы ничто не отвлекало его от наслаждения ее обществом.

Он откинул москитную сетку, висевшую над кроватью, встал и вышел на лоджию. Авось глоток свежего утреннего воздуха поможет ему прийти в себя.

Взору его открылась зеленовато-коричневая скала, отделявшая темно-синее открытое море от голубоватого мелководья лагуны.

И яркий отсвет сверкающих волн…

Надо заставить мысли вернуться к работе, подумал Данте. Горячий душ, бритье и кофейник крепкого кофе поспособствуют этому.

Он направился было в комнату, но остановился. Внимание привлекла женщина, выходившая из дома. Лейла!

Она миновала террасу и направилась к пляжу.

Отпечатки маленьких ног виднелись на песке, недавно прочищенном граблями. Простой черный купальник, очень скромный, закрытый. Но Данте видел каждый изгиб, каждую ямочку, каждый сантиметр ее тела. Она завязала волосы сзади, и они спускались до середины спины. Золотисто-абрикосовая кожа сияла в утреннем свете.

Лейла бросила полотенце на верхней отметке прибоя и вошла в море. Когда вода достигла пояса, она мгновение подождала — безукоризненный силуэт, освещенный солнцем, — затем резко нырнула в набегавшую волну и поплыла, легко и ловко взмахивая руками.

Он наблюдал за ней. Во рту пересохло. Страсть, казалось, наверстывала краткий временной пробел.

— К черту бизнес, — фыркнул Данте. — Дела могут подождать.

Глава ТРЕТЬЯ

Отец научил ее плавать в три года. И плавание стало ее страстью. Свободно чувствуя себя в воде, она провела много часов в маске и с дыхательной трубкой. Ей нравилось исследовать уединенные бухты островов, расположенных к юго-западу от Сингапура.