Вид ее облегающего черного платья, подчеркивающего все ее выпуклые формы и с глубоким разрезом, заставил содрогнуться его колени. В паху моментально стал разливаться жидкий огонь.

Спасайся, кто может!

Повернувшись, она с холодной улыбкой подошла к нему.

– Привет, Клай. Ну, что пойдем, найдем тихий укромный уголок, чтобы поговорить?

Как он мог забыть этот голос с южным акцентом, похожий на старое виски, который всегда возбуждал его?

– Позвольте вас сфотографировать… – К ним подошла чернокожая журналистка вместе с фотографом, жестом показав Клаю подвинуться ближе к Андреа. – Обнимитесь, пожалуйста, и улыбнитесь.

Сложив губы в заученную улыбку, Клай обнял Андреа за талию. Его ладонь коснулась оголенной кожи.

Проклятье . Ее спина была совсем обнажена. Жар от ее тела плавно перетек в него, разжигая внутри него настоящий пожар. Пожар, который он должен был потушить прямо сейчас. Его взгляд скользнул по белоснежной коже Андреа, и в эту секунду вспыхнула камера.

О, дьявол. Она выхватила этот взгляд.

Прежде чем Клай успел попросить переснять их, Андреа потянув его в сторону, направилась в другой конец зала, сексуально покачивая бедрами.

Стоп. Она же совершенно не похожа на ту женщину, которую он оставил. Та Андреа никогда бы не надела такое сексуальное платье, которое заставляет мужчин терять рассудок.

Разрываясь от противоречивых чувств, Клай покачал головой, и в эту секунду заметил самодовольную улыбку своей матушки.

Ну что ж, сейчас она сделала что-то, что заставить его пожалеть, что он вернулся домой, еще больше чем прежде.

С мрачными мыслями Клай последовал за Андреа к двери. После того как он ее бросил, он полагал, что она мечтает увидеть его скорее мертвым, чем живым.

Так почему же она спасла его сегодня вечером? И что это будет ему стоить?