– Да? – Бетти все еще пребывала в заторможенном состоянии. – А с чем он?

– Верно, снега за ночь навалило предостаточно, – прозвучало в трубке.

– Что-что? – сморщила Бетти лоб.

– Э-э… прости, это я не тебе, – со смешком обронила Джини. – Так что ты решила?

– Я спросила, с чем он.

– Пирог? – Джини добавила еще что-то, неразборчивое и явно предназначавшееся не для Бетти. Это было абсолютно в ее стиле – болтать сразу с несколькими собеседниками.

– Разумеется. Какая у него начинка?

– Э-э… начинка? А вот не скажу!

Брови Бетти озадаченно поползли вверх.

– Не скажешь? – переспросила она на всякий случай, подумав, что, может, и эти слова обращены не к ней.

Но оказалось, что на сей раз Джини имеет в виду именно ее.

– Нет, – решительно произнесла она. – Приходи, сама узнаешь. И попробуешь, как вкусно. А потом скажешь мне спасибо, что позаботилась о тебе. Конечно, если к тому времени язык не проглотишь, ха-ха-ха!

Бетти чуть отодвинула трубку от уха: смех у Джини был заразительный и очень громкий.

– Хорошо, скажу. И не только тебе, но и Максу. Ведь именно он трудился над пирогом, верно?

– Бесспорно, – хихикнула Джини. – Однако приглашаю-то тебя я!

– Не примазывайся к чужим успехам, – сказала Бетти. У нее вдруг как-то стало легче на душе, словно тяжесть свалилась. Так часто бывало после бесед с хохотушкой Джини.

– Ладно, ладно. Так ты идешь?

– Да.

– Ждем. Смотри не увязни в сугробах.

– Постараюсь, – ответила Бетти, после чего прервала связь.

Отель находился ярдах в четырехстах от туристической базы, стоял возле отвесной скалы, словно прижимаясь к ней, ища укрытия от дождей, ветров и прочих погодных явлений, которые здесь, в горах, порой сменяли друг друга очень часто. От базы к отелю вела широкая, мощенная плиткой дорожка, которая в настоящий момент была скрыта под снегом и угадывалась лишь по протоптанной многими парами ног тропинке.