Она решительно начала протестовать.

– Я уверена…

– Слушай, на этой неделе карнавал, и все гостиницы, будь они прокляты, забиты под завязку, – объяснил Диего.

– Все? Ты звонил всюду?

– Секретарша обзвонила все гостиницы, но без толку.

На Кристел повеяло холодом. Ей не хотелось останавливаться у него, но было неприятно узнать, что он со своей стороны сделал все возможное, чтобы этого избежать.

– Тогда почему ты не пригласил меня раньше?– недовольно спросила она.– Ты нашел письмо после смерти Лукаса, у тебя было несколько месяцев, ты же дотянул до последней минуты. Интересно почему? Не потому ли, что звонок всего за две недели до отъезда почти наверняка означал, что я откажусь? Ты надеялся услышать: «Спасибо, но я не смогу», не так ли? И сниму тебя с крючка?

Она заметила, как на его виске пульсирует вена.

– Если ты как следует подумаешь, – мрачно сказал Диего, – тебе станет ясно, что, если бы я был против того, чтобы дать тебе возможность насладиться красотами Рио, я мог бы тебя вовсе не приглашать. Ты ведь понятия не имела, что отец умер, не знала о письме с его предложением.– Он сделал ударение на последнем слове.– И никогда бы не узнала. А что до твоей последней версии, то почему бы не задуматься еще над одной?– Диего в упор посмотрел на нее.– Помнишь, я упоминал, что последнее время постоянно курсирую между Рио и Белу-Оризонти. Я управляю двумя компаниями, работаю по четырнадцать часов в сутки, у меня не остается времени думать о чем-то другом. Да, я мог позвонить тебе раньше, – признался он, – но время летит так быстро.

Кристел усмехнулась. Ей не понравилось, что она попала в разряд «чего-то другого», но не могла не признать, что в его объяснении есть резон. До некоторой степени. Он не убедил ее до конца, но пока она сделает вид, будто поверила.