На самом деле Майкл был готов сделать любую работу, просто ему нравилось играть с Кирстен.

После их первой встречи он пришел домой и пообещал больше никогда не возвращаться в Общество Санты. Все запуталось… его чувства запутались.

Впрочем, было два важных «но»: ему не хотелось включать телевизор, и его рука не тянулась к бутылке с пивом. Он почувствовал себя лучше. Может быть, не совсем хорошо, но определенно лучше. Поэтому Майкл передумал и решил, что будет появляться в офисе Кирстен даже в те дни, когда ему не захочется вставать утром.

Здесь он чувствовал себя нужным. Он был занят даже больше, чем во время ремонта дома у мистера Теодора.

К тому же каждый день ему приходилось бороться с желанием посмотреть на губы Кирстен. И еще Майкл с удовольствием осознавал, что ей так же тяжело не смотреть на его. А еще большее удовольствие ему доставляло смущать Кирстен. И ему не мешал тот факт, что теперь она не красилась совсем, опять носила бесформенные свитера и широкие брюки.

Читай между строк: мне плевать, что ты думаешь обо мне.

Но она не умела лгать. Глаза выдавали, что ее это очень волнует.

Мешковатая одежда придавала Кирстен вид девочки-Дюймовочки. А такие большие парни, как Майкл, всегда чувствуют себя обязанными защитить их.

Сегодня на ней были джинсы и красный пуловер с пестрой надписью на груди «Я люблю Санта-Клауса». По десятибалльной шкале этот ужасный наряд набрал бы все десять баллов.

Тем не менее, Майклу нравилось читать эту надпись очень медленно, пока Кирстен не покраснеет до кончиков волос. Ему даже пришло в голову попросить Кирстен сесть к нему на колени, словно маленькую девочку, и попросить у него подарок, но он не решился. Кирстен непредсказуема, и он не знал, какой реакции ожидать.

И уж более того, он не знал, какой реакции ожидать от себя, если прекрасная Кирстен сядет к нему на колени…