- Это значит, что они целуются и здороваются, - объяснила она. - Дункам, познакомься, это Атенгар.

Райли с надеждой посмотрела на Фиону, и девушка поняла, что должна включиться в игру.

- Привет, Атенгар, - срывающимся, неуверенным голосом проговорила она.

Девочка взглянула на нее с одобрением, и Фиона обрадовалась. В конце концов, она впервые играет с ребенком, и на какое-то время ее оставили мысли о Джейми.

В самый разгар игры Райли объявила, что Атенгар голоден.

- Но что же он будет есть?

- Тебя! - девочка поднесла динозавра к руке Фионы. Девушка вскрикнула в притворном ужасе, за что была вознаграждена вспышкой радости в глазах Райли.

Они были так увлечены игрой, что не обратили внимания на тяжелые шаги по коридору, хотя не услышать их в палате было невозможно.

Фиона обернулась слишком поздно: Берн Драммонд уже с минуту наблюдал за ними.

Он был выше, чем она запомнила. Темные волосы, серые глаза. На лице ни тени улыбки. И, что еще хуже, он был зол - зол на нее.

Конечно, у него есть право сердиться на Фиону. Он только что потерял жену, и в этом виноват ее брат.

- Что вы здесь делаете? - требовательно спросил Берн.

- Я хотела навестить Райли, - ответила девушка. - Меня зовут Фиона Макларен.

- Медсестра сказала мне, кто вы.

Сам он представиться не захотел.

- А вы - отец Райли, - спокойно сказала Фиона, хотя она чувствовала себя так, будто шла по минному полю.

Берн кивнул в ответ, но в его глазах ясно читалось, что это не ее дело.

Тишину нарушила Райли, воскликнув:

- Привет, папочка!

Берн посмотрел на дочь, его лицо смягчилось, и он улыбнулся.

- Я зашла ненадолго, - сказала Фиона.

Он даже не подал вида, что услышал ее слова.

- Пап, посмотри, что она мне подарила. Это Атенгар.

Берн зло посмотрел на Фиону, затем перевел взгляд на игрушку.