– Да, Ваше Высочество, – проговорил мужчина, коротко кивнув. – Он уже направляется сюда.

– Хорошо.

Нико снова с беспокойством взглянул на Марису, которая лежала на замшевом диване. Она так и не пришла в себя. Есть ли в этом связь с тем, что ее ударили по голове там, на мосту? Он взял ее руку, проверил пульс. Мариса лежала неподвижно, с закрытыми глазами, но других доказательств каких-либо травм не было. Дышала она ровно.

Что за черт! Может, она просто спит?

– Она очень мила, – отметила Карла, склонившись над плечом брата и разглядывая светловолосую девушку на диване. – А я думала, ты предпочитаешь брюнеток.

Нико подавил колкую ремарку в адрес сестры. Может, Карла забыла об Андреа?

Андреа. Даже мысль об этом имени причиняла боль истерзанному сердцу. Снова вспомнились ее светлые локоны, блестящие зеленые глаза, нежная кожа, заливистый искренний смех… Нико отошел от сестры и заходил по комнате, борясь со злостью, подступающей всякий раз, когда он думал о своей потере.

Мариса была другая. Стройная, изящная. Ее светлые кудряшки едва доходили до плеч. Она совсем не похожа на женщину, которую когда-то любил Нико. Но то, что она лежала на этом диване, пробудило в мужчине множество воспоминаний.

В ту ужасную ночь, чуть больше года назад, Андреа лежала на холодной жесткой земле. Ее ранил снайпер. Нико до сих пор помнил, как пытался спасти любимую. Он разорвал свою рубашку, чтобы перевязать ее раны и остановить кровь. Он кричал, молил Бога о помощи, обещания и клятвы срывались с его губ. Но кровь не унималась, медленно отнимая у Андреа жизнь. И в конце концов не осталось ничего другого – только взять ее безжизненное тело на руки, ругаться, проклинать и клясться о мщении.

Но так было тогда. А сейчас все по-другому. И женщине, лежащей на диване, явно не грозит смерть. И все же она одинока, беззащитна и ждет ребенка. Совсем как Андреа… Нико не мог не заметить эти параллели.

– Это не свидание, Карла! – оборвал Нико сестру.