Моргнув, она разом согнала с лица отпечаток этих эмоций и словно вывесила табличку «просьба не беспокоить». По какой-то причине ей очень хотелось, чтобы он как можно скорее навсегда ушел из ее дома и из ее жизни.

Почему? Желательно было понять.

— Вам нравятся яркие краски, — задумчиво произнес он.

— Откуда вы знаете? — дернула она уголком рта.

Отделка жилья разительно отличалась от стиля, использованного в интерьере офиса. Ничего сборного, стандартного. Никаких приглушенных коричнево-серых тонов. Старинная мебель непринужденно сочетается с современной. Единый образ создает цветовая гамма: смесь кремового, золотисто-оранжевого и сверкающе-черного. Все вместе смотрится причудливо и радостно.

Интригует и привлекает.

Бросается в глаза, что родственные чувства, безусловно, не чужды хозяйке этого дома. Она член обширной семьи и, если фотографии, занимающие чуть не всю стену, что-нибудь значат, нежно привязана ко всем: от мала до велика.

— Это мои племянники и племянницы, — проговорила она, когда Джад остановился около снимка, изображающего большую группу детей, которые все, казалось, только что потеряли молочные зубы.

— И эти племянники и племянницы любят как можно чаще навещать свою милую тетушку, — кивнул Джад.

— Как вы догадались? — изумленно уставилась на него Кэти.

— Догадаться не трудно. Вас выдает размер кастрюль в кухне.

Вид кухни был еще одной значимой деталью. Кэти явно много готовила. Ее кухня разительно отличалась от тех стерильно чистых помещений, где просто разогревают в микроволновой печи замороженные продукты.

— Хотите кофе? — обратилась Кэти к сидящему на полу рядом с ящиком для инструментов Джаду.

Этот огромный, явно тяжелый ящик он прихватил с собой из грузовика и пронес всю дорогу так, словно тот был пустой картонкой, а теперь, имея под рукой все инструменты, увлеченно и деловито колдовал над замком.