Отвернувшись, Кэти прошла к своему столу и принялась рыться в сумочке. Лицо выдаст ее мгновенно — это ясно. Чувствуя, что Агата продолжает смотреть ей в затылок, она наконец собралась с силами и обернулась.

— А если и не было? Что, это так плохо?

— Два года? Да, плохо.

Задетая и изумленная категоричностью этих слов, Кэти вернулась к рабочему месту Агаты и опустилась в стоящее рядом кресло.

— А почему же, позволь спросить? Ведь у тебя вот нет мужчины, и, если верить твоим словам, ты никогда не была замужем. Сейчас Гордон обхаживает тебя со всех сторон, а ты не удостаиваешь его даже элементарной вежливостью. Откуда же ты знаешь, что с мужчиной мне будет лучше?

— Ох, этот Гордон! — Недовольно поморщившись, Агата отмахнулась от темы, как от назойливой мухи. — Что о нем говорить? Тип из породы бабников.

— Неверно, Агата, — покачала головой Кэти. — Гордон не бабник. И эта контора — единственное место, куда его тянет. Причем только тогда, когда ты здесь.

— Хватит. Мы говорим не о моей личной жизни, а о том, почему у тебя ее нет.

— Эта тема закрыта. — Глянув на пачку счетов, высящуюся на столе у Агаты, Кэти невольно поморщилась. — По-моему, они размножаются почкованием.

— Несколько штук пришло с последней почтой. Я подложила их к остальным.

— Идут и идут. Без конца, — задумчиво произнесла Кэти. — А еще телефонные звонки, посетители, представители прессы, заявления.

— Эй! — с беспокойством окликнула ее Агата. — Ты что это, серьезно?

— Да, очень серьезно. Проблемы катят лавиной, а у меня больше нет сил на решения.

— Кэти!

— Я очень устала, Агата. Устала справляться с делами, устала всем помогать, устала…

— Ты просто скучаешь. В этом все дело.

Уверенный тон Агаты почти убедил ее. Почти, но не до конца.