На другой день, когда зазвонил телефон, Кэти подняла голову от лежавшего перед ней письма, пробормотала: «Я отвечу, Агата, не отвлекайся от своих газет» — и взяла трубку.

— Кэти? — Теплый и низкий голос в одну секунду уничтожил ее деловую сосредоточенность.

Внутренне сжавшись, она едва не выронила трубку. Чтобы отделаться от воспоминаний о Джаде Джордане, понадобилось достаточно времени и несколько строгих напоминаний себе о том, что на флирты и прочее у нее попросту нет досуга. День, когда журналисты приедут знакомиться с «Домом милосердия», стремительно надвигается, дядя Кевин в любой момент может вернуться из своей деловой поездки в Сиэтл. Сроки поджимают, у нее нет ни минуты.

— Простите, кто говорит? — с наигранной бодростью поинтересовалась она.

— Кто — вам понятно, — рассмеялся Джад, и от этого смеха у нее по спине побежали мурашки. — Вот зачем я звоню, этого вы и в самом деле не знаете.

— Не знаю. И играть в отгадки не собираюсь.

Ее жесткий ответ, похоже, развеселил его. В трубке послышался еще один довольный смешок.

— Значит, вам повезло, босс. Я тоже не расположен к играм. Никогда их особенно не любил. — С каждым словом голос делался все серьезнее. — Я звоню уточнить, сколько времени вам понадобится, чтобы собрать для меня группу.

— А вы всерьез собираетесь здесь работать? — спросила она после паузы.

— Да. Разве мое предложение показалось вам несерьезным?

— Нет, конечно. Но так как мы не уточнили подробности…

— Мне казалось, что уточнения — ваша забота.

— Вы правы. Я займусь этим делом прямо сейчас. Это все?

— Нет. Еще ужин.

— Ужин? — переспросила она, словно речь шла о сложной математической формуле.