Она накинула на плечо ремень фотоаппарата и прислушалась. Какое-то шуршание в подлеске. Вероятно, какое-то лесное животное…

Андреа вгляделась в темноту и невольно охнула.

В дальнем конце поляны словно из воздуха соткалась стройная фигура в военном камуфляже. Андреа бросило в дрожь, когда незнакомец начал медленно приближаться к ней.

Высокие скулы подчеркивали жесткие черты его лица, загоревшего под экваториальным солнцем. Такого загара во Франции не встретишь. Несмотря на сумерки, она заметила, как горят его голубые глаза, внимательно изучавшие ее из-под черных бровей. Темные волосы у мужчины были коротко пострижены.

Она никогда не встречала таких красивых и таких… опасно агрессивных мужчин. Андреа легко бы могла представить его в сверкающих доспехах на коленях перед Гинервой в ореоле небесного сияния. Наконец он заговорил низким голосом, и волшебное видение разлетелось на тысячу осколков.

– Вы перешли границу, – объявил он сначала на французском, а потом на английском, причем с сильным акцентом.

Подчеркнуто враждебные нотки в голосе застали Андреа врасплох. Это не был переодетый принц, осваивавший искусство рыцарского обращения. Никаких учтивых слов вроде «добрый вечер», или «если вы простите», или «я сожалею, сударыня»…

Он что, прочел название книги, которую она держала? Иначе откуда бы незнакомец мог знать, что с ней надо говорить по-английски? Андреа крепче сжала книгу.

– Вообще-то у меня есть разрешение находиться здесь, – тихо произнесла она.

Глаза у него превратились в щелки. Неожиданно он сдернул фотоаппарат у нее с плеча. Движение было слишком легким и быстрым, чтобы она успела помешать ему. Намотав ремень на крепкое мужское запястье, он продолжал разглядывать Андреа. Теперь совершенно невозможно отобрать у него камеру.