— Теперь надо все вытащить из пакетов, разложить по полкам, засунуть куда-нибудь чеки, срезать бирки…

Джейн засмеялась:

— Никогда не думала, что это может оказаться обременительным занятием. Главное, чтобы было на какие деньги покупать.

— Может, ты и права… Но я сегодня так устала!

— Хочешь, я помогу тебе? — предложила Джейн. — Открой свой шкаф, а я все раскидаю.

— Ты очень добра. Давай так и поступим. А я пока приготовлю нам с тобой какао.

Довольная неожиданным поворотом, Сэмми ретировалась из спальни в кухню. Она терпеть не могла всей той возни, которая начинается после длительного шопинга. Напевая себе под нос, Сэмми вскипятила чайник, всыпала в чашки по несколько ложек какао, бросила кусочки тростникового сахара…

— Сэмми, иди сюда! — неожиданно позвала подругу Джейн.

Скорчив недовольную гримаску, Сэмми, повинуясь требовательному зову, вошла в спальню и замерла.

Джейн тоже представляла собой некую окаменелость, застывшую возле шкафа.

На ее лице был написан немой вопрос.

И негодование. Впрочем, на ее месте Сэмми тоже негодовала бы.

— Черт, — выдохнула она, — ну надо же…

— Это как понимать? — ледяным голосом процедила Джейн.

Вместо «сейчас я все тебе объясню» Сэмми с сожалением покачала головой:

— Надо же… А я была уверена, что эта створка шкафа надежно заперта.

— Как видишь, нет.

— Очень жаль.

— Мне все-таки хотелось бы услышать от тебя твою версию произошедшего.

— Еще бы, — фыркнула Сэмми, — чью еще версию ты можешь услышать в моем доме?

— Сэмми, я серьезно…

Из шкафа торчал кусок белой материи. Невооруженным глазом можно было различить, что эта ткань является не чем иным, как свадебным платьем…

— Я ничего не понимаю. Что это? Ты вышла замуж? Когда ты успела? И почему ничего мне об этом не рассказывала? И даже не пригласила меня на свадьбу, и…