Она уже почти настроилась на то, что сию же секунду заплачет. Ей с самого утра хотелось разрыдаться. Однако она сдержалась, понимая, что Алану и без того тяжело быть в роли психоаналитика.

— Все нормально, — всхлипнула она и открыла сумочку. — Вот тебе ключи, иди домой. А мне нужно сделать покупки.

— Я с тобой, помогу тебе все донести. К тому же не думай, что я буду жить за твой счет. Продукты с меня, договорились?

— Потом разберемся, — буркнула Эстер, дожидаясь, пока он притормозит у супермаркета. — Отсюда до моего дома всего пять минут ходьбы. Я доберусь сама. Мне нужно немного развеяться.

— Как знаешь, — сказал Алан, глядя, как она неуклюже выбирается из машины. — До скорого!

Она махнула ему рукой и скрылась за вращающейся дверью. Прихватив тележку, Эстер двинулась по рядам с продуктами, размышляя, что следует купить в первую очередь. Покупки всегда помогали ей немного прийти в себя, хотя она страшно не любила вечернюю суету в магазинах. Кинув в тележку хлеб, овощи, консервы, она остановилась у полки с диетическими продуктами. Вид овсянки с сушеными фруктами ее совершенно не вдохновлял, однако на упаковке была изображена стройная улыбающаяся женщина в облегающих белых брючках — само совершенство. Эстер многое отдала бы, чтобы стать похожей на нее. А для этого нужно в первую очередь сесть на диету.

Она стиснула зубы и заставила себя взять три упаковки овсянки, которая отныне должна была стать ее завтраком, а возможно, и ужином.

— Сыр, масло, молоко — для Алана, яблоки, брокколи и диетический йогурт — для меня, — шептала Эстер, толкая перед собой тележку.

В зеркальной витрине отразилась ее полная фигура и взлохмаченная голова с тусклыми темными волосами, стянутыми тугой резинкой. Эстер на минуту остановилась, не поверив, что видит собственное отражение, и помрачнела, поняв, что не ошиблась. Наконец-то она начала прозревать. Давно следовало ей взглянуть на себя со стороны и ужаснуться тому, какой стала.