Бриттани улыбнулась. Всегда чопорные Изабель Прюит и Опал Грехэм, лидеры местного женского благотворительного общества, как раз в этот момент устроили настоящее представление в самой гуще танцующих. До сегодняшней свадьбы некогда две лучшие приятельницы не разговаривали друг с другом несколько месяцев. А теперь раскрасневшиеся, с подпрыгивающими двойными подбородками, обе бабули, отчаянно размахивая руками и вихляя бедрами, пытались изобразить нечто, отдаленно напоминающее танец.

– Кажется, помирились, – сказала Бриттани.

– Нет, вы посмотрите, какие кренделя выписывают! Думаю, это событие войдет в историю Джаспер-Галча, – засмеялась Кристал.

– Всех развезло, – сказал Ник, кинув свой стаканчик в урну, – как на выпускном балу у Бриттани. Тогда в пунш тоже добавили спирта. Помнишь?

Как и много лет назад, Бриттани чувствовала на себе магнетическую силу его взгляда. Они ведь так и не притронулись к спиртному в тот далекий вечер. Что касается Бриттани, то она была пьяна от любви.

Помнится, Ник взял напрокат смокинг, чтобы сразить ее своим внешним видом. Глупый! Наверное, потратил последние сбережения. Как же он сразу не понял, что ей хотелось совсем другого? Бриттани вступала тогда в пору зрелости. Ник стал первым, кто поцеловал ее «по-настоящему», кто ласкал ей грудь, кто заставил ее сердце учащенно биться. Возникший в памяти образ был настолько ярок и реален, что Бриттани показалось, будто она слышит звук расстегиваемой на платье молнии и чувствует, как рука Ника касается ее обнаженного тела. Она безоглядно поверила в его любовь и отдалась ему со всем пылом молодости. Той ночью они не дошли до самого главного, но после у них было достаточно времени, чтобы наверстать упущенное.

Кристал многозначительно кашлянула, напомнив Бриттани и Нику о том, что они не одни.

– Сколько вам обоим было лет, когда вы познакомились? – спросила она.

– Бриттани – семнадцать, а я был на два года старше, – ответил Ник.