— Ну, так мы едем? — натянуто спросила она.

Молодой человек, Джимми, поймал ее за руку, но Джоанна только покачала головой.

— Возвращайся домой с остальными, Джимми. Я ненадолго, но предпочла бы сделать это одна. Что бы мистер Кастро ни собирался сообщить, это займет немного времени.

— Ладно, Джо, — отозвался Джимми, явно недовольный ее решением. — Хочешь, чтобы я встретил тебя в городе?

Джоанна вежливо отказалась, потом спросила:

— Где вы остановились, мистер Кастро? — Словно хотела, чтобы ее родные знали, где ее можно найти.

— В «Колоколе», — небрежно сообщил Димитри, она кивнула и повернулась к остальным, чтобы проститься.

Димитри сунул руки в карманы и, предоставив ей следовать за ним, быстро направился к своей машине. Его нетерпение нисколько не уменьшилось от того, что она подчинилась его просьбе. Его удивляло, что она делала это с неохотой. Он думал, она обрадуется возможности поговорить об отце. Иначе зачем было писать ему, если не для того, чтобы извлечь выгоду теперь, когда Элен Николас умерла и не может против этого возражать?

Димитри дошел до шикарного «мерседеса» и обернулся. Джоанна задержалась около остальных, и его нетерпение усилилось. Какого черта! Кем она себя считает, заставляя его тут болтаться? Уж не воображает ли она, что он мальчик на побегушках у ее отца? И не собирается ли обращаться с ним, как обращается с этим длинноволосым мальчишкой, Джимми? Он забрался в машину и нарочно громко хлопнул дверцей; внезапный звук достиг ее ушей и заставил обеспокоенно посмотреть в его сторону.

Протянув руку к ящику для перчаток, Димитри достал портсигар и, взяв в рот тонкую сигару, щелкнул зажигалкой. Глубоко затянувшись, он мрачно уставился в окно на сгущающиеся сумерки. Тепло машины было очень приятным после внешнего кладбищенского холода, но не улучшило его настроения.

Через несколько минут открылась дверца с другой стороны, и Джоанна Николас нерешительно остановилась у машины.