— Мне просто хотелось бы знать об этом заранее, так как тогда мы смогли бы обсудить, имеет ли значение, что приедет кто-то, кто будет день и ночь жить рядом с нами и может заметить, что я не по самые уши влюблен в тебя… — Борясь с подступающим раздражением, Маноло коротко добавил: — Теперь дай мне подумать.

Он вышел на балкон. Вот здесь, в тишине теплой летней ночи, раскинувшейся над морем, он должен встретить крах своих планов, и, может быть, своей судьбы. Естественно, Граси сделает все возможное, чтобы помешать их свадьбе. Если ей удастся это, его отец лишится последней надежды и тогда…

Не желая думать о печальных последствиях, Маноло в ярости сжал кулаки, тщетно пытаясь побороть страх за жизнь отца. Семейная честь должна быть отомщена любыми средствами, сказал себе Маноло. Наурес и его дочь просто погубили отца, и теперь моя задача — не позволить Граси отнять у меня последний шанс восстановить справедливость.

Он услышал звук наполняемого стакана и понял, что не до конца опустошил запасы Пилар. Будущее вдруг показалось Маноло холодным и тоскливым, а ведь совсем недавно он почти верил, что сможет сделать его таким, каким задумал. Теперь же впереди его ждет сплошной кошмар разочарований и неудач. И все из-за того, что сюда приезжает Граси, подумал Маноло, удивляясь, как эта новость взбудоражила его.

Во двор въехал кабриолет Пилар. Маноло стиснул зубы, приготовившись увидеть Граси, с которой теперь придется сразиться еще раз… увидеть впервые за шесть долгих лет.

Довольная тем, что наконец-то добралась до конечной цели своего путешествия, Граси весело улыбнулась охраннику, открывшему для нее ворота. Тот проводил взглядом удаляющийся кабриолет, думая о том, что и сам мог бы так улыбаться, располагай он достаточным количеством песет.

Граси заглушила мотор, но не спешила покинуть машину. Как смотреть на Маноло? Как поздороваться с ним? Холодно? Сдержанно? Главное, подумала Граси, не задеть Пилар, иначе она может разволноваться и правда сразу выплеснется наружу.