— И как долго вы с ним знакомы? — холодно поинтересовалась Граси.

— Месяца два. Мне было так одиноко, и вот я встретила его…

— И, разумеется, он искал в этой жизни только тебя!

— Искал… ну да…

— Мне надо бы чаще навещать тебя, — сказала Граси с сожалением, почти извиняясь.

— О, дорогая, у тебя и своих дел хватает, — отозвалась Пилар.

Однако Граси продолжала мучить совесть.

— Я просто забыла о тебе… ведь я могла бы уволиться с работы и жить с тобой, после того как папы не стало…

Однако единственное, о чем Пилар могла сейчас говорить и думать, был ее новый поклонник, и Граси вдруг поняла, насколько изменилась ее мачеха за последние месяцы. Если раньше в ее голосе не звучало ничего, кроме тоски и безнадежной апатии, то теперь он был наполнен чем-то светлым и радостным, будто огромный камень свалился с плеч Пилар.

— Пойми, я никогда не думала, что смогу найти мужчину в моем возрасте…

— В твоем возрасте?! — негодующе воскликнула Граси. — Да тебе всего тридцать два!

— Все равно я постарела. У меня уже морщины…

— Между прочим, морщины есть и у меня, хотя я на восемь лет тебя моложе!

Граси вдруг пришло в голову, что Пилар затеяла любовную интрижку, только чтобы как-то избавиться от одиночества и неуверенности в будущем.

— И только, пожалуйста, не спеши, — попросила она, вклинившись в поток восторгов мачехи.

— Шутишь?! — взвизгнула Пилар. — Да он как динамо-машина! С ним не успеваешь опомниться! Просто сказка! Красиво ухаживает, превосходно танцует и к тому же — обожает магазины!