И так снова и снова. Линда смотрела, не отрываясь, завороженная движениями мощных рук, поблескиванием топора в тусклом свете, который пробивался сквозь щели сарая.

Несомненно, эта работа требовала немалых усилий. И хотя воздух в сарае был очень холодный, и снежинки, врывавшиеся в открытую дверь, оседали на волосах Брука, от его дыхания клубился пар, и весь он был мокрым от пота. Пот ручейками стекал по его шее и голым рукам. Грейс передернуло от резкого несоответствия между жаром, исходившим от его тела, и зимним холодом.

Внезапно ее охватило чувство собственной неполноценности. Закрыв глаза, Лин сжала дверную ручку. Она была городским жителем и дикую природу видела только из палаток скаутских лагерей. Наблюдая за Бруком, Линда получила наглядную картину противопоставления силы человека природе. Это ее взволновало и смутило.

Никогда раньше она не задумывалась над тем, что надо сделать, чтобы заготовить дрова, которые потом так весело потрескивают в камине под Рождество. Сейчас же она видела, с каким трудом добывается каждое поленце.

— Ну, как Кристофер?

Линда открыла глаза и увидела, что Энтони отложил топор и смотрит на нее, поставив одну ногу на колоду и оперевшись руками о колено. И хотя он по-прежнему блестел от пота, дыхание его ничуть не участилось. Тяжелая работа для него не в новинку, подумала девушка.

— Нормально, — ответила она. — Конечно, еще слабый. Я думаю, ему дают много болеутоляющих средств.

Брук вытер лоб, затем провел рукой по волосам, и она стала мокрой от растаявших снежинок.

— Вы сказали ему о буране?

Линда кивнула, не желая обсуждать эту часть разговора. Стоун пришел в ужас, узнав, что она вынуждена остаться ночевать в Брукхилле. Он разошелся, проклиная себя за то, что Линда попала в трудное положение, и девушка с трудом его успокоила. Только после обещания быть предельно осторожной Кристофер поутих. Хотя она не вполне поняла, чего, по мнению босса, ей следует опасаться.