Я ждал, что по привычке она скажет: «Ум, честь и совесть нашей эпохи…»
— Все эти качества гражданина и рыцаря, — продолжала Мура, — надо было в нем выковать. А не просто воспитать. И хоть вы молодой специалист…
— Коль молодой, значит, еще не вполне специалист, — опять возразила Нинель. — Ну а если ученик хочет погубить учительницу, то в этом виноват сам учитель: за поступки учеников отвечает он.
— Вы хотите взвалить грех Бородаева-младшего на себя? — воспротивилась Мура. — Но защищать виноватого — не значит ли поощрять его? И толкать на новые преступления?!
— А много ли у него было старых преступлений? — поинтересовалась Нинель.
О, как благородна она была в тот миг! Она выглядела не прехорошенькой, а, я бы сказал, «прехорошей»… И если бы Наташа Кулагина не завоевала мое сердце целиком, а оставила бы в нем хоть малейшую незанятую частицу, я бы отдал эту частицу Нинель… Так я подумал. И сразу же ужаснулся своей донжуанской мысли.
— В школе есть нераскрытые… — Мура хотела сказать «преступления», но опять вовремя перестроилась и сказала: — Странные происшествия. Теперь нам ясно, где надо искать. В каком направлении двигаться… И если на одном полюсе — полюсе добра! — Алики Деткины, то на противоположном — полюсе зла! — Бородаевы-младшие. Между прочим, там, где раньше был «Уголок Гл. Бородаева», мы решили открыть «Уголок Ал. Деткина». Чтобы в рисунках и письменных воспоминаниях воссоздать всю историю драмы и подвига!
— Но там сейчас «Уголок А. С. Пушкина», — напомнила с места Нинель.
— Ничего… На время закроем. «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой» — это одно. А мужество современников — это другое. Их воспитательное значение… Вот посмотрите!
В этот момент ко мне бросились первоклассники с букетами и стихами: