К тому же к этому еле уловимому запаху, как заметила Мэнди сидя за столом рядом с ним, примешивался слабый запах нафталина от костюма, одолженного у профессора. Потребовалось бы нечто большее, чем несколько жалких шариков нафталина, для того, чтобы смутить самонадеянного мистера Хирона…

Девушка почувствовала нежное прикосновение к своей руке… Рамон коснулся шелковой ткани ее рукава.

— Такой ты мне нравишься еще больше, — мягко сказал он. — Твое платье прекрасно, ты в нем очаровательна, загадочна… спрятана от посторонних глаз. Не такая, как на пляже в бикини.

В его словах чувствовалось слабое неодобрение ее пляжного костюма.

— Ты предпочитаешь женщин, закутанных в покрывала? — в голосе Мэнди слышалась явная насмешка.

Он покачал головой.

— Неужели я рассердил тебя? Нет, ты не поняла. Я вовсе не желаю видеть тебя закутанной в покрывало. Этот обычай уже отмирает и в моей стране. Но это шелковое платье… оно прекрасно для меня тем, что прячет от пошлых взглядов красоту твоего обнаженного тела.

Когда он склонился к ней, она почувствовала легкий запах вина. Прекрасные черные глаза Рамона подозрительно сверкали. Все это слегка испугало Мэнди. Она не была уверена, насколько далеко хотела бы зайти в отношениях с этим эмоциональным юным арабом. Болтая с ним на пляже, она всерьез не задумывалась над тем, что этот мальчик может влюбиться в нее.

Он еще ближе придвинулся к Мэнди и взял ее за руку.

— Когда я вижу тебя, лежащую на песке рядом со мной, то мечтаю о том, чтобы твоя красота была предназначена только для меня. Я ревную, когда на тебя смотрят чьи-то чужие глаза. Это кажется странным?

— Да, — с легким смехом сказала она. — Думаю, что ты придаешь слишком большое значение вещам, совершенно ничего не значащим. Сейчас люди гораздо проще относятся к виду обнаженных тел. Я хочу сказать, что теперь вид обнаженного тела больше никого не пугает.