— Я нуждаюсь вовсе не в комплиментах, — с преувеличенно драматическим вздохом заметил он, — а в словах утешения.

— По-моему, вам меньше всего необходимо утешение, — воскликнула Мэнди и встретила его смеющийся взгляд.

Как легко она чувствует себя со Стивеном, словно они знают друг друга многие годы! Казалось невероятным, что они познакомились только сегодня.

— Раз-два-три, раз-два-три, — старательно бормотал он. — Вы заметили, что я еще ни разу не наступил вам на ногу? С вами очень легко танцевать, Мэнди, вы как пушинка в моих руках… а ваши волосы пахнут жимолостью. — Он зарылся в них носом.

— Пытаетесь польстить рыжеволосой куколке?

— Перестаньте напоминать мне о моем промахе, — взмолился Стивен. — Я уже принес вам свои извинения. Неужели вы не можете проявить снисхождение к человеку, который провел шесть недель в Сахаре и практически одичал? Помните, я всего лишь трудолюбивый геолог, лишенный изысканности и такта. Все подобные качества я оставляю людям типа вашего красавчика Рамона.

— Рамон превращается у вас в навязчивую идею?

Стивен усмехнулся.

— Так же, как у вас, — загадочно пояснил он. Что он имеет в виду? Но прежде чем девушка успела поинтересоваться этим, танец окончился, и Стивен повел ее обратно.

Была уже поздняя ночь, когда вечеринка закончилась. Но прежде чем они успели уйти, Рената пригласила их на так называемый воскресный вечер в ее тунисском доме.

— Это ее литературный салон, — пояснил Стивен, когда они возвращались домой, поднимаясь по крутой тропинке. — Торжество разума и потоки душевных излияний. Иногда там бывает довольно занятно. Прошлой зимой я посещал все ее воскресные вечера. Она собирает самых разных людей, начиная от зануд-интеллектуалов и заканчивая политиками-интриганами, плюс небольшое количество американских друзей-туристов.

— Возьмите с собой профессора, — посоветовала Мэнди.