Возможно, перспектива прогулки с ней по Тунису в течение четырех часов кажется ему не слишком заманчивой?

— Мы можем прогуляться в Медину, — предложил он. — Ты не была там — в старом городе?

Она не была там и очень хотела бы побывать, поэтому сразу согласилась. Он поднял со стула коробку с платьем.

— Мы можем оставить ее здесь, в гардеробной.

Они медленно прошлись по прекрасной улице шириной в двести ярдов, разделенной двойным рядом высоких роскошных деревьев, между которыми располагались клумбы с красивыми цветами. Роскошные автомобили сновали по проезжей части, в просторных зеркальных витринах магазинов были выставлены самые соблазнительные вещи. Затем внезапно, без всякого перехода, они оказались в старом городе и как будто сделали шаг назад во времени. Здесь на узких улочках вместо роскошных автомобилей встречались груженые ослы и неуклюжие верблюды, презрительно смотрящие на всех. Рыночная площадь, на которую Выходили все улочки, казалась странно маленькой, но здесь можно было найти любой магазин; их владельцы сидели прямо в дверях, окруженные своими товарами — гончарными и ювелирными изделиями, коврами, водопадами ярких шелков. Люди, заполняющие эти улочки, были в такой же степени живописными: мужчины в полосатых одеждах и развевающихся головных уборах, пожилые женщины в свободных накидках. Молодое поколение, одетое большей частью по-европейски, щеголяло в одеждах ярких расцветок и живописных украшениях.

Мэнди задержалась у прилавка старика-ювелира, перебирая ожерелье из медных монеток, состоящее из множества нитей, и яркие, но искусно выполненные бусы ручной работы. Они помогли бы ей слегка прикрыть вырез платья, подумала она. К тому же это подлинные арабские украшения, которые она смогла бы привезти домой. Цена оказалась вполне подходящей.

— Позволь мне купить для тебя ожерелье? — предложил Стивен.

— Но с какой стати? — запротестовала девушка, снова поставленная в тупик и слегка смущенная его неожиданным жестом.