Миссис Гордон покачала головой.

– Вот что я тебе скажу, Кэм. Будь там поосторожней. Эти люди не то что мы – ты меня понимаешь, – а ты симпатичная девушка и все такое. Словом, будь начеку.

Камилла улыбнулась.

– Хорошо, мама.

– Можешь смеяться, но я вполне серьезно. Некоторые считают, что за деньги можно купить все.

– Я знаю. – Камилла видела, что мать не на шутку встревожена. – Только не забывай, мне двадцать четыре года. И я знаю, что делаю.

Прежде чем подняться к себе в комнату, Камилла мельком заглянула в гостиную, чтобы поздороваться с отцом и своей младшей сестрой Венди. Камилла страшно устала и не собиралась скрывать этого. Однако усталость ее была больше моральная, нежели физическая, – ее угнетали постоянные споры, которые она вынуждена была вести то с Томом, то с матерью. Им было трудно втолковать, что для нее значит этот новый поворот в ее карьере. Верно, окончив университет, она еще не строила никаких планов на будущее. Да, она всегда любила возиться на кухне, любила готовить по изобретенным ею рецептам, но считала это своего рода хобби до тех пор, пока отец не подбросил ей идею открыть собственное дело по доставке сандвичей.

Будучи управляющим в ювелирном магазине на Хай-стрит, мистер Гордон в обеденный перерыв часто ходил в ближайший паб, чтобы съесть сандвич, однако ему не всегда хотелось пить обязательную кружку пива. Он одобрил решение Камиллы использовать ее машину для развозки по городу домашних сандвичей, а предложение Тома взять ссуду для того, чтобы открыть собственное кафе, поступило позже. Камилла по-прежнему занималась сандвичами, но клиентам самим приходилось приходить за ними; вскоре она расширила дело, стала печь пирожки, булочки, делала торты и салаты. Открыло свои двери кафе «Бабушкин погребок». Камилла даже смогла пригласить на работу помощницу, а из бухгалтерских книг следовало, что дело начало приносить прибыль. Однако теперь все обстояло гораздо серьезнее, и Камилле трудно было сохранять оптимизм, когда все вокруг твердили, что новое предприятие ей не по плечу.