Теперь Лора сама отвела глаза, испуганная тем, что горячая волна вдруг поползла вверх по шее к щекам.

Выражение "спасительный звонок" приобрело буквальное значение, когда прерывистый звук возвестил о начале второй половины спектакля. Лора желала только одного – скрыться в темном зале, съежиться на своем стуле и не отрывать глаз от сцены.

Но ничто не могло заставить ее пропустить тот момент, когда пара, сидящая позади, заняла свои места. Это было ужасно, она чувствовала насмешливые глаза Дирка на своем затылке и почти видела, как он удовлетворенно улыбается, довольный тем, что легко вогнал ее в краску.

Глубокая складка легла на лоб при мысли о том, как ее разволновала эта улыбка. Много времени прошло с тех пор, как Дирк так действовал на нее одним взглядом. Много, много времени.

Она крепко зажмурилась, спасаясь от старого чувства вины, мучавшего ее каждый раз при воспоминании о том, во что жажда иметь ребенка превратила их отношения, и особенно интимную жизнь. В конце она не подпускала к себе Дирка, если не надеялась забеременеть. Но даже тогда ему не удавалось пробудить в ней страсть, ее мысли были сосредоточены только на одном – сможет она зачать или нет.

В одну ночь Дирк просто взорвался – когда она оставалась совершенно холодной в его объятиях, – и она взорвалась в ответ, заявив ему со всей жестокостью, что если он не способен дать ой ребенка, она не желает больше жить с ним.

Это были ужасные слова, и Лора совсем не хотела их говорить. Она пожалела о сказанном в тот момент, когда слова слетели с губ.

Ей никогда не забыть того оцепенения, которое охватило мужа, и выражения им сдерживаемой страшным усилием злости.

– Хорошо, – выдавил он. Повернувшись, он направился большими шагами в спальню и тут же начал упаковывать вещи. Лора в панике бросилась за ним. Потому что, несмотря на навязчивую идею, безумное поведение, кажущееся отсутствие всякого чувства, она знала, что по-прежнему любит его. Он был всем, о чем она мечтала, с того самого мгновения, как увидела его в зале суда.