Подойдя ближе, Дайана обнаружила, что лужайка расположена на четыре фута выше общественного парка. Эту преграду было трудно преодолеть, не привлекая к себе внимания. Огорченная, она мгновение постояла на месте, слыша смех бегущего за мячом ребенка и стараясь не терять его из виду. Словно в ответ на беззвучную мольбу, мячик выскользнул у ребенка из рук, покатился, набирая скорость, по травянистому склону и остановился у ног Дайаны.

Она наклонилась, подняла мяч, выпрямилась и на секунду задержала игрушку в руках. Неужели ее ждет новое разочарование? Закинув голову, Дайана посмотрела прямо в лицо остановившемуся над ней мальчику.

Яркое солнце высветило рыжие волоски в его русых волосах, чуть более темных, чем ее собственные. Но внимание Дайаны привлекли его глаза, точь-в-точь такие, как на фотографии. Широко расставленные, глубокого голубовато-сапфирового цвета, опушенные длинными темными ресницами, они были неотличимы от глаз Криса. А лицо, хотя и детское, было копией отцовского, вплоть до едва заметной ямочки на подбородке!

– Спасибо, что подобрали наш мячик. Вы избавили нас от беготни.

Дайана с трудом отвела взгляд от лица мальчика, чтобы посмотреть на говорившую. Это была та самая молодая женщина, которая играла с ним. Чудесные растрепанные локоны, большие серые глаза и дружеская, открытая улыбка делали девушку совсем юной: ей нельзя было дать больше двадцати лет. Неужели эта девчонка усыновила ее мальчика? Дайана вздрогнула.

– Пожалуйста, – машинально ответила она и бросила мяч в подставленные руки женщины.

И все же она не удержалась ни от вздоха, ни от нового взгляда на ребенка. Да, сомнений не оставалось: это лицо, эти глаза!

– Эндрю, скажи спасибо, – наставительно сказала пышноволосая девушка.

Приступ удушья едва не сразил Дайану. Эндрю! Каким чудом ему удалось сохранить свое имя? Это явно не было простым совпадением. Последние сомнения бесследно исчезли. Перед ней стоял ее сын.