Гейб настоял, чтобы они поужинали в ресторане, расположенном на крыше отеля.

Дебби мечтала сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить свое положение, но, поскольку Гейб сказал: «Все, что можно, уже сделано», ей не оставалось ничего другого, кроме как попытаться расслабиться. Она надела короткое черное платье, оставлявшее плечи полностью открытыми. Это было единственное платье, которое она взяла с собой, так что выбирать все равно было не из чего. Но Дебби нравилось, как оно на ней сидит — подчеркивает фигуру, обрисовывает бедра, а ниже пояса расходится легкой складчатой юбочкой.

Зеленые глаза Гейба блеснули, когда он увидел ее, и этот краткий момент близости многое для нее значил.

Они сидели за отдельным столиком, над их головами в черном небо мерцали звезды. На поверхности океана переливалась лунная дорожка, огоньки свечей пританцовывали от легкого бриза. Стол был покрыт белой льняной скатертью и украшен вазой с единственной еще не до конца распустившейся бордовой розой. Другие посетители ресторана смеялись и болтали, а Дебби молча рассматривала Гейба, пытаясь понять, как ему удалось так многого добиться всего за десять лет.

Внешне он почти не изменился — те же длинные густые каштановые волосы, слегка выгоревшие на солнце, гибкое тело, от которого исходило ощущение силы. Черты лица его были решительными и резкими, зеленые глаза — пронзительными, а рот... когда-то давным-давно он мог довести ее до изнеможения буквально за несколько секунд.

В те времена Гейб обычно носил джинсы и футболки, а сейчас на нем был отлично сшитый фрак, сидевший так, словно являлся его второй кожей. С зачесанными назад волосами, высокими скулами и твердым взглядом Гейб выглядел одновременно элегантным и опасным. 

Этого достаточно, чтобы заставить ползать на коленях большинство женщин. 

И я не являюсь исключением.

Он излучал какую-то силу, которой в нем не было десять лет назад. Она заметила, что весь персонал «Фантазии» оживляется, как только он входит в помещение. Казалось, он знает по имени всех своих людей, и стоило ему пальцем шевельнуть, как любой из них бросался со всех ног исполнять поручение.