Она могла вынести все, что угодно, но только не явную мужскую слабость. Джоэл вдруг весь скукожился, ссутулился и посерел. Ей стало жалко этого сильного мужчину, несмотря на то что несколько минут назад он пытался ей угрожать. Мальчишка, который не знает, что делать дальше. Он просто напуган. До сих пор ему не приходилось иметь дело с достойным противником.

Несколько минут они молчали, погруженные в свои мысли. Внизу, в ресторане, началось представление. Громкая музыка, взрывы смеха, звон посуды. Вечернее веселье вошло в ту стадию, когда можно было полностью расслабиться и отдаться зажигательным песням и танцам. Скоро вся публика будет вовлечена в этот вихрь.

Хилари так хотелось оказаться там, внизу, — среди мужчин, смеющихся на отдыхе громким несдерживаемым смехом, красивых женщин с мерцающими таинственными глазами, элегантных официантов, которые так приветливы и праздничны... А ей приходилось сидеть здесь и участвовать в каком-то бестолковом разговоре. Господи, ну почему бы им всем не оставить ее в покое!

— Ладно, Хилари, — тяжело вздохнул Джоэл, — спасибо, что выслушала меня. Наверное, мне следует уйти.

Он допил вино, аккуратно поставил бокал на столик, бросил в рот виноградину и поднялся. Может быть, Хилари была плохой женой, но она не могла оставить партнера без помощи. В конце концов, ей действительно нужна была работа. Присутствие Артура Уорнера в своей жизни она как-нибудь потерпит.

— Джоэл, — остановила она бывшего мужа, — мне не нравится твое предложение. Но я не могу видеть тебя в таком состоянии. Мы не сделали друг другу ничего плохого. Никто не виноват, что у нас не получилось. Я поработаю у него недолго. Просто для того, чтобы развеять твои сомнения. Думаю, что все это просто нормальный процесс на пути к новому. Но не надейся, что я буду шпионить. Только общие впечатления.

Его лицо просветлело. Он именно на это и рассчитывал. Ее нельзя запугать, но всегда можно было разжалобить.