— Что?

— Или, может быть, нанять актера.

У Кейт округлились глаза. Она с минуту подождала, но Бьянка так и не рассмеялась и не сказала, что шутит.

— Ты слышишь, что говоришь? Теперь ты хочешь нанять актера? И чтобы я притворилась, что выхожу за него замуж?

— Ну…

— И все для того, чтобы переиграть папу в его старомодном, ограниченном, высокомерном консерватизме? Нет уж.

Генри Грегори настаивал, чтобы его старшая дочь вышла замуж раньше младшей. Она знала, что это шло оттуда же, откуда шли многие его представления о мужчинах и женщинах: старые традиции, приверженность строгому воспитанию.

Пока мать Кейт не умерла, именно она занималась детьми. Отец иногда играл с девочками и всегда им улыбался и подмигивал, даже если у них возникали проблемы.

Но после смерти Хелен он стал похож на заблудившееся животное. Он потерянно кружил по комнатам и тщетно пытался понять девочек, которые до сих пор были для него лишь игрушками. Начав в одиночку воспитывать Кейт и Бьянку, отец слишком серьезно отнесся к своим обязанностям и не проявлял к ним былой мягкости.

— Что же мне делать?

— Вы с Виктором просто должны пожениться. Без спросу. Папа переживет.

— А если нет? Что, если я это сделаю, а он отречется от меня и уволит Виктора?

Виктор Блум был женихом Бьянки и лучшим тренером ее отца.

— Он наверняка не уволит Виктора, тот слишком ценен. А то, что он от тебя отречется, — глупость.

— Почему ты так уверена?

— Потому что он тебя любит, Бьянка, и хочет, чтобы ты была счастлива. Даже если это означает отказ от его безумных устаревших представлений о приличиях, взятых из шестнадцатого века.

— Что, если ты ошибаешься?

— Не ошибаюсь. — Кейт посмотрела на сестру и решительно покачала головой. — Послушай, честное слово, он просто петушится.

Похоже, она не убедила Бьянку.