Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Один ее вид выводил меня из себя и мог довести до бешенства.

До торгового центра было двадцать минут езды на машине. Я попросила маму опустить верх нашего «Мерседеса» и подставила лицо под потоки теплого воздуха. На бульварах распустились цветы, небо было синим, а я радовалась тому, что жива.

Мама затормозила у входа.

— Два часа, — сказала она.

— Три, — возразила я. — За два мы не управимся.

— Хорошо, — вздохнула она, не решаясь со мной спорить.

Иногда мне кажется, что теперь старшая я, а не она. Мне это не нравится. Мне хочется снова стать невинным ребенком. Но, увы, те времена миновали.

Эмма ждала нас у главного входа. Я была ужасно рада ее видеть. Мы привыкли встречаться каждый день в школе. Никакой телефон не заменит личного общения. Она, конечно, несколько раз приезжала ко мне домой с тех пор, как меня выписали из клиники, но совсем другое дело, когда мы куда-нибудь отправляемся вместе, без родителей.

Мы обнялись. Потом Эмма обняла смутившуюся Ариэль.

— Куда мы пойдем? — спросила я.

— Я думаю, мы устроим Ариэль большую экскурсию, — предложила Эмма. — Пошли.

Мы отправились бродить по торговому центру, показывая Ариэль разные магазины, объясняя, что люди там покупают. Она забросала нас вопросами.

— Зачем покупают косметику? Разве она может сделать человека красивее?

— Нет! — рассмеялась Эмма. — И мы это в общем-то понимаем. Но все равно попадаемся на приманку.

— Попадаетесь?

— Да. Мы знаем, что красивее не станем, но позволяем себя убедить.

— Это нелогично, — заметила Ариэль. Тут мы подошли к кондитерскому отделу.

— Зайдем? — спросила я.

— Конечно, — откликнулась Эмма.

Там была довольно большая очередь, но, наконец, мы подошли к прилавку. Я выбрала трюфель в шоколаде, Эмма — шоколад с кремом, однако Ариэль не знала, что ей взять. Она начала расспрашивать продавщицу про каждый сорт, показывая пальцем и спрашивая: «А это какой? А этот с чем?» Толпа за нами нетерпеливо зашумела.