Джад стоял рядом с баром в компании влиятельных лиц местного общества и вполуха слушал их разговор. У него в глазах рябило от драгоценностей, которыми украсили себя их спутницы. Ропот голосов заглушал тихую музыку, которую играл маленький оркестр.

— Джад, мы не знаем, как благодарить вас за все то, что вы сделали для нашей филармонии, — восторженно произнес Грэхем Скотт, мэр Сан-Антонио. — В течение долгого времени она находилась на грани закрытия.

— Я рад, что смог помочь, — ответил Джад. — Прибыль от сегодняшней продажи билетов и благотворительных аукционов покроет эксплуатационные расходы филармонии в будущем году.

— Когда мы впервые обсуждали этот бенефис, — сказал Гленн Кингстон, один из бизнесменов, — мы знали, что нам придется вычесть стоимость мероприятия из выручки, полученной от продажи билетов. Но благодаря вашей щедрости, все собранные деньги пойдут на оплату эксплуатационных расходов. Мы так признательны вам, Креншо.

Джад улыбнулся.

— Не беспокойтесь, я могу себе это позволить.

Остальные мужчины посмеялись над этим сухим заявлением. Конечно, он мог себе это позволить. В конце концов, он же Креншо из Техаса.

Приехав в Сан-Антонио, Джад начал старательно работать над образом богатого и праздного плейбоя. Он посещал многочисленные выставки, музеи, симфонические концерты. На каждом из мероприятий он появлялся в компании новой женщины, и его лицо часто мелькало на страницах светской хроники.

Вскоре Джад приобрел необходимую репутацию. Ни один из этих людей не уважал подобный образ жизни. Но все они не желали ссориться с Креншо по причине его богатства и влиятельности.