Хотя спуск по крутому склону холма и отнял у нее некоторое время, хвост машин у подножия ничуть не сдвинулся. Узкие извилистые улочки Прайя-до-Карвейро не предназначены для такого движения, думала Эшли, минуя цистерну с пивом, бетономешалку и автобус с туристами. Движение здесь было односторонним, и в обычное время пробки возникали не часто, но в разгар летнего сезона, когда сюда валом валили отдыхающие, на дороге было не пробиться. Интересно, что стряслось на этот раз? – подумала Эшли, заслышав нетерпеливые гудки.
На перекрестке она свернула направо, к площади, где бары, кафе и спуск к золотистой дуге песчаного пляжа образовывали единый ансамбль. Потом повернула за угол – и невольно усмехнулась. Вот оно что! Столкнулись две запряженные ослами повозки: одна – доверху заваленная сеном, другая – груженная дешевой кухонной посудой. Алюминиевые чайники, ковшики и сковородки рассыпались по дороге. На самом деле ничего страшного не произошло, всего-то и нужно было – уложить на место груз, но, пока несколько расторопных туристов пытались все собрать, сами владельцы повозок решили воспользоваться удобным случаем и перекинуться парой слов. Они невозмутимо покуривали и, безусловно, не испытывали ни малейшего неудобства из-за образовавшейся неподвижной вереницы машин, тянувшейся как хвост крокодила и вылезавшей уже за пределы поселка. Нисколько не мешала им и какофония раздраженных автомобильных гудков, передающая в крещендо. Поглядев с любопытством минуту-другую на эту демонстрацию португальского разгильдяйства, Эшли пошла за покупками. В тот момент, когда она направилась в сторону супермаркета, сильно загорелый светловолосый мужчина, стоявший в толпе зевак на противоположной стороне плошали, стал энергично махать ей рукой.