— Ты же знаешь, Ли, что я всегда называю вещи своими именами.

«К сожалению», — чуть не произнесла вслух Ли. Она выложила французские тосты на тарелку и поставила ее на середину стола. Ей не нужно было призывать своих сыновей приступать к их поглощению. Они набросились на еду почти с той же жадностью, что и Арнольд немного раньше на консервы.

К счастью, ей достался один ломтик, который она положила себе на тарелку. Ела не спеша, наслаждаясь каждым кусочком, хотя это был всего-навсего французский тост. Так же Ли относилась ко всему в жизни. Кто-то однажды сказал, что ей удается выжимать максимум из маленьких удовольствий, и, наверное, так оно и есть. Но в основном она пребывает в постоянной спешке, поэтому у нее почти не остается времени не то что насладиться жизнью, а просто передохнуть.

— С распаковкой вещей уже покончено или нет?

Резкий вопрос деда вернул Ли к действительности.

- Ты давно заглядывал в гостиную? Половина коробок все еще не распакована.

— Чего беспокоиться? Все равно через год или около того нам придется двигаться дальше.

— А кто виноват в этом? — Ли не хотелось повышать голос, но после встречи с соседом-мэром она была на взводе.

— Я всего лишь взорвал один дом.

— И после этого город объявил тебя социально опасным.

— Я пытался объяснить им, что это просто неудавшийся эксперимент, и я знаю, что сделал не так, и в следующий раз мог бы сделать все по-иному.

— Именно это их и напугало, когда ты сказал про следующий раз. Тебе еще повезло, что ты не погиб при этом и не убил кого-то.

— Я знаю, что делаю, девочка. Мне семьдесят пять лет, и я экспериментировал всю жизнь.

— У тебя, должно быть, очень сильный ангел-хранитель.

Дед улыбнулся, и в его синих глазах зажглись лукавые искорки.