– Вообще-то, – начала она, и он заметил, что сказано это с неохотой, – никакого компромата я не нашла. Наоборот. По отзывам, вы – весьма уважаемый член общества.

– Вы хотите сказать, что мне удалось ввести в заблуждение весь город?

– Очевидно, большинство не имело счастья созерцать вас на крыльце в неглиже. И еще, – продолжала она, – удивительно, что законный член клуба «Никогда, ни за что не женюсь» целует совершенно незнакомую женщину!

Стэн оказался трепачом! Клуб же был тайной!

– Целоваться – не значит жениться! Если только вы не начитались определенного рода романов. – Он заметил румянец негодования у нее на щеках, и это было очко в его пользу. – К тому же вы не ответили на мой первый вопрос: с чего такое любопытство?

Тэлли опять опустила взгляд на мыски своих кроссовок. Джи Ди – тоже. Белизна этих кроссовок не давала ему покоя. Неужели ей не на что больше тратить время?

– Кошка язык откусила? – спросил он вкрадчиво. – Я хочу знать, почему вы расспрашиваете обо мне всех подряд.

– Хорошо, – вздохнула она. – Моя сестра оставила небольшое наследство. Я хотела выяснить, заслуживаете ли вы его. Я пошлю его вам по почте.

Сначала у нее покраснел кончик носа, потом мочки ушей, затем шея. Джи Ди готов был держать пари, что раньше она никогда не лгала.

– Попробуйте еще раз.

Он одарил ее таким взглядом, из-за которого Стэн всегда мазал по шару.

Но Тэлли смотрела куда угодно, только не на него.

– Я обнаружила вашу фотографию среди вещей моей сестры, – наконец, сказала она смущенно.

– И?

– И захотела узнать больше.

Ее нос и мочки ушей стали цвета свеклы.

– Не может быть, чтобы вы проделали такой путь только потому, что я показался вам неотразимым.

– У меня есть мужчина, – бросила она негодующе. – Мы, вероятно, поженимся в этом году.

Прозвучало не очень убедительно. Тэлли выражалась, как девушка времен королевы Виктории, посватанная против воли; о таких часто пишут в женских романах. Джи Ди Тернера не интересовали подробности ее будущей скучной супружеской жизни.