Прикусив губу, Полли молча смотрела на монитор ноутбука.

Рон выждал немного, потом едва заметно пожал плечами и принялся смешивать себе коктейль: плеснул в бокал немного мартини, добавил содовой, потом немного подумал и подлил еще мартини.

– Хотите, сделаю вам то же самое? – спросил он затем.

Полли оторвала взгляд от монитора, на котором не видела практически ничего – таково было ее волнение, – но сразу же устремила его обратно.

– Благодарю, не нужно.

Повисла пауза. Рон приложился к бокалу, еще раз не без интереса осмотрелся – особое внимание уделив фонтану с фигурой какого-то фантастического животного, из пасти которого струилась вода, – и снова повернулся к Полли.

– Вижу, вы что-то штудируете. Что именно, если не секрет?

Промолчать вторично было бы невежливо, поэтому Полли сделала над собой усилие и взглянула на Рона. Это несложное на первый взгляд действие оказалось для нее не таким уж простым, потому что лицо Рона ослепляло ее, как ослепляет солнце. Разумеется, в действительности никакого сияния не было, просто Полли воспринимала ситуацию именно так.

– Готовлюсь к экзамену.

Несколько мгновений Рон молча рассматривал ее, потом негромко обронил:

– Знаете, вы самая красивая женщина из всех, кого мне доводилось видеть.

Не ожидавшая ничего подобного Полли застыла изваянием, но взгляда не отвела: отчасти потому, что была не в силах это сделать, отчасти же потому, что считала для себя недопустимым пасовать перед мужчиной.

Тем временем Рон продолжил:

– У вас удивительные глаза, в них можно утонуть…

После этих слов Полли все же не выдержала и опустила ресницы.

– Что в них особенного, глаза как глаза…

Рон откинулся на спинку пластикового стула.

– Не скажите. Глаза бывают разные. К примеру, ваши мало того что очень красивы, но вдобавок обладают редкостным оттенком. Я бы назвал его фиалковым… или васильковым. Нет, первое определение подходит больше, потому что вы сами похожи на фиалку, такая же нежная и трогательная. А ваши волосы… – Он на мгновение умолк.