- Костя, это мой хороший знакомый! - теперь уже Вера старалась быть предельно убедительной. - Это я его паспорт случайно в Москву отправила ташкентским скорым. А он пианист. Лауреат многих премий. - Вера взглянула на Платона и добавила: - И конкурсов тоже!

- А чего ты сама тут на лавке спишь? - В тоне милиционера звучало некоторое подозрение.

- Ты мне не муж, чтобы с такими вопросами приставать! - отрезала Вера. - Где хочу, там и сплю.

Милиционер отошел. Уже издалека послышалось:

- Ваши документы?

- По-моему, эта воровская шайка орудовала и здесь! - расстроенным голосом сообщил Платон. - У меня из кармана кошелек исчез! Только мелочь осталась, - и он побренчал ею.

- Надо заявить, - заторопилась Вера, - пока Костя не ушел…

- Не надо! - сдержал ее порыв Платон.

- Ну да… конечно… - Вера вспомнила, с кем имеет дело. - Может, вы ошибаетесь? Вы хорошо поискали?

На всякий случай Платон посмотрел и под лавкой, но и там ничего не нашел.

- Денег много было? - продолжала переживать Вера.

- Прежде чем пуститься в бега, я зашел в сберкассу и взял с книжки двести рублей. Ну, на билет потратил… У вас пообедал… Надо же! Во сне обчистили! - в сердцах произнес Платон. - Лучше бы я не ложился!

- Для преступника у вас чересчур крепкий сон. Как у человека с чистой совестью! - пытаясь утешить Платона, дружески пошутила Вера.

- Да-а… - вздохнул Платон. - Теперь я вообще не поймешь кто! Ни документов, ни денег! Одно слово - нуль!

Было еще совсем раннее, полутемное утро, когда Платон катил тележку вокзального носильщика по булыжной мостовой. На тележке покачивались чемоданы с дынями, а наверху подпрыгивал "дипломат". От тележки не отставала Вера. Они шли мимо пакгаузов с раскрытыми проемами. Из них выезжали автопогрузчики с коробками и ящиками. Почти у каждого склада дежурили могучие грузовики с длинными прицепами.