- Вот стерва! - в сердцах высказался Платон, глядя вслед Вере.

Кто-то из добровольных зрителей продолжал смотреть на Платона, и он, поколебавшись, поднял деньги с асфальта.

Мучительно хотелось есть. Платон направил стопы обратно в ресторан и, конечно же, тотчас наткнулся на Веру.

- Будьте добры, - Платон был сама вежливость, - если вас не затруднит, скажите, пожалуйста, если вам не очень сложно, какие столики не ваши, чтобы я знал, куда мне сесть.

- Вон те! - Вера не поменяла интонацию на вежливую и крикнула официантке с красивым наглым лицом (такие лица особо нравятся клиентам): - Люда, обслужи товарища! Только получи с него деньги вперед, а то он платить не любит!

- Да ты что? - отозвалась из-за ширмы Люда, которая любезничала с молодым человеком. - Ко мне же Шурик пришел! Обслужи товарища сама!

Вера приблизилась к столику, за который успел усесться Платон, и громыхнула жестяным подносом.

- Положение у меня безвыходное! Заказывайте!

- Вы… вы мегера! - зловеще выдохнул Платон. - Из ваших рук я не стану есть до конца моей жизни!

И он рванул прочь из ресторана.

В зале ожидания Платон с надеждой кинулся к буфетной стойке. Однако на ней красовалась выразительная надпись: "Буфет закрыт на обед".

Взбешенный Платон вернулся в ресторанный зал. Теперь он уже прямиком направился к официантке Вере и плюхнулся на стул напротив нее:

- Меню давайте! Срочно!

- Ого, какой вы принципиальный! Вы же только что поклялись никогда не есть из моих рук!

- Буфет закрыт! - вдруг жалобно произнес Платон.

- А есть хочется? - с издевкой спросила Вера.

- Конечно. Я ведь не ел тот мерзкий борщ. Теперь вы это понимаете?

- Если вы не ели, то откуда знаете, что он мерзкий? - парировала Вера.