Они вдвоем стояли на тротуаре. Адриан держал ее пакеты, а Шарни, запрокинув голову, рассматривала «Бортелли Тауэр».

– Я никогда раньше не видела здания красивее и выше! – призналась она. – Мне очень нравится этот стальной цвет, который ты использовал.

– Через него не проходят ультрафиолетовые лучи, жар и холод.

– Оно восхитительно. И формы очень необычные.

– Мне оно тоже нравится.

Она улыбнулась.

– Конечно, ведь это твое детище. Сколько в нем этажей?

– Двадцать пять. Первые десять занимают офисы, на одиннадцатом расположены фитнес-клуб и бассейн. И еще жилые апартаменты.

– Могу только догадываться, сколько здесь стоят квартиры.

– Да, но Джино продавал их все по себестоимости.

– Ого! Невероятно! На каком этаже живешь ты?

– На двадцать пятом.

– На двадцать пятом, – задумчиво повторила она. – Получается, ты живешь в пентхаусе?

Адриану понравилось ее искреннее удивление.

– Это была часть нашего соглашения с Джино, когда он воспользовался моими услугами.

– Но пентхаус в центре Сиднея, должно быть, стоит миллионы! Я не думала, что архитекторам столько платят.

– Некоторым – да, – туманно ответил он, вспоминая, что за свои услуги обычно требует семизначные суммы. – Но Джино просто попросил меня проследить и за строительством тоже. Поэтому пентхаус шел как бонус.

– А ты частенько контролируешь строительство?

– Случается. Это так волнительно – наблюдать, как из твоего проекта получается оформленное здание. Такие, как это, требуют особого подхода. Пойдем, поднимемся на крышу. Оттуда такой вид открывается!

– Это займет много времени? – спросила Шарни. – Уже почти половина третьего.

– Пять минут, чтобы подняться, и уже через пятнадцать ты сможешь отправиться по магазинам. Здесь же скоростные лифты.