— Да, именно это. Когда в прошлый раз вы были здесь и Карло вбежал в дом, вы пытались заставить его молчать! Вы не хотели, чтобы я знала о том, что у вас есть жена и сын!

Она повернулась и пошла к двери, которая вела во внутренний дворик. Она была уже почти у прачечной, когда поняла, что он следует за ней. Девушка взорвалась.

— Смешно, правда? — с ненавистью в голосе закричала она. — Не вижу ничего смешного в том, что женатый человек пытается соблазнить другую женщину!

Он стоял под фиговым деревом, держась рукой за ветку и широко улыбаясь.

— Это не смешно, — согласился он с ней. — Смешна ваша реакция. Очень забавно.

— Вам забавно то, как вы поступали со мной против моего желания? — Она была поражена его грубостью.

— Вы имеете в виду поцелуй? — уточнил он. — Но вы вовсе не возражали, когда я поцеловал вас.

Она‑то возражала, ее разум противился этому, но ее сердце действительно по каким‑то неизвестным причинам вело себя иначе.

— Я тогда не знала, что вы женаты!

— Что еще раз доказывает, что нужно быть очень осторожной. Нужно задавать вопросы до, а не после. Потом может быть слишком поздно.

Действительно, бывает поздно, когда перестаешь владеть своим сердцем. К счастью, этого не произошло, так что ничего ужасного не случилось.

— Но мы ведь не совершили прелюбодеяния, — спокойно сказал он; тема разговора его явно забавляла.

— …Как бы вы этого хотели, — горячо возразила Лили. — Иначе зачем поцелуй? Одно действие приводит к другому. Сегодня поцелуй, а завтра постель.

— Я вижу, что мир ушел далеко вперед от меня за эти годы…

— О, не стройте из себя пуританина, Витторио Росси, — взорвалась Лили. — Не забывайте, что именно римляне изобрели оргию!

Его глаза прямо‑таки лучились от веселья:

— Какое наследие оставлено бедным итальянцам…