Поглощая пиво большими, жадными глотками, Тони испытывал те же муки сожаления. Он забыл обиды, как бы велики они ни были, и снова оценивал Сэнди по достоинству и был готов на компромисс. Если бы ему удалось задержать ее на Фрисколе еще на несколько дней! Вместе отправляться в ночные экспедиции, потом спать в одной постели. Как знать, надежда на примирение могла бы и сбыться…

В морозилке у него есть несколько отличных бифштексов и хорошая бутылка вина — он вообразил себе романтический вечер, сулящий возможность раз и навсегда поправить все в их отношениях.

Но тут Тернер вспомнил о памятной записке, пришпиленной к его «доске объявлений» над столом. Еще две недели назад он обещал Долли Клинф пойти с ней на фестивальный концерт, ежегодно проводившийся в Брансуике.

— Проклятье, — пробормотал он, в отчаянии раздавив банку из-под пива.

Удивленная, Сэнди тут же спросила:

— В чем дело?

— Ничего такого, с чем бы я сам не справился…

Поддавшись собственной слабости, Тони согласился сопровождать Долли Клинф на фестивальный концерт. И совсем забыл об этом. Отчасти провал в памяти объяснялся его равнодушным отношением к скрипичным квартетам, да и сама Долли была тому причиной. Хотя мужскому самолюбию и льстило, что эффектная девушка увивалась за ним, он не желал попасться в расставленные сети.

Значит, придется позвонить и отказаться, принести извинения. Если Долли рассердится и охладеет к нему, тем лучше.

Тони предложил Сэнди вернуться домой. Рассеянно бормоча что-то о необходимости срочно позвонить в Брансуик, быстро собрал пляжные принадлежности. Во дворе протянул Сэнди мыло и полотенце.

— Ты знаешь, где у меня здесь душ? Побереги, пожалуйста, воду, у меня нет артезианской скважины, поэтому я собираю дождевую. А дождя не было уже пару недель.