В конце концов он перестал сражаться с ветряными мельницами в лице действий Шерил. Просто он вдруг осознал, что это бесполезно.

А теперь, когда она переехала к нему…

Джеймс вздохнул. Он вдруг понял, что и сам не знает, зачем позволил Шерил сделать это. Наверное, просто решил, что если она будет рядом, то это удобно.

Вот такая она, жизнь.

Он стал циничен и жесток. Он знал это. Но ничего не мог с собой поделать.

Ему так было легче. Так никто не мог нанести удар ему в спину, как это сделали однажды.

С тех пор он стал умнее. Он больше никому не открывал своего сердца. Теперь оно всегда было на замке, ключ от которого он забросил как можно дальше, чтобы никто и никогда не смог его найти.

Джеймс вернулся к документам и начал внимательно просматривать их, строчку за строчкой, страницу за страницей, не заметив, как наступил вечер.

Несколько раз звонила Шерил, но он не брал трубку, не желая отвлекаться на разговоры.

Трейси уже ушла домой.

А он продолжал сидеть в своем кабинете и работать.

И только когда с последней страницей документа было покончено, он встал из-за стола и потянулся.

Он очень устал.

Но это было даже хорошо. Придя домой, он сразу же ляжет спать и не будет слушать Шерил, которая словно школьница отчитывалась перед ним за каждый прожитый ею день.

Кортни в чем-то права: Шерил порой усложняла ему жизнь. Но он уже привык к ней. По крайней мере, она была бесхитростна. Джеймс наперед просчитывал ее реакцию.

Да, ему было с ней скучно. Но и спокойно тоже.

Во всяком случае, Шерил никуда не денется. Она всегда будет рядом с ним.

А разве не к этому он стремился?..

3

Джеймс шумно вздохнул и пошарил рукой рядом с собой. С удивлением он обнаружил, что вторая половина его огромной кровати пуста.