Николь восхищалась родителями, сумевшими через много лет пронести свою любовь, которая крепла, росла, словно красивый цветок, с каждым годом становясь все пышнее и изысканнее.

Ее родители были счастливы друг с другом, и Николь купалась в этих лучах счастья, понимая, что у нее самая прекрасная семья.

Еще в колледже Николь начала потихоньку шить. Ей нравилось переделывать старые вещи, которых дома было в избытке. И Николь умудрялась такое из них сотворить, что даже самые яркие модницы не сводили с нее завистливых взглядов. И именно в тот момент она поняла, что дизайн — это ее будущее.

Николь знала, что будет нелегко. И упорно училась, желая сдать экзамены с наивысшими оценками, чтобы получить льготы при поступлении в университет. Она посещала курсы дизайнеров, много занималась. Она даже не понимала, как все успевала: и отучиться, и дома убраться, и маме помочь приготовить ужин. Как-то все удавалось. И, видимо, эта жизненная школа сделала из нее закаленного, способного преодолеть любые житейские трудности человека.

Ей удалось практически без проблем поступить в университет. Именно там она познакомилась с Кортни Донован, дочерью Эдварда Донована, известного строительного магната.

Николь вздохнула.

Не будет она вспоминать сегодня о Кортни, не будет и все. Слишком больно. Слишком тяжело.

А она не хочет погружаться в свое прошлое, как делала это иногда, анализируя его и размышляя на тему, можно ли было все исправить.

Нельзя.

Ничего не вернуть.

И она будет жить так, как решила.

А прошлое пусть там и остается.

Только она никак не могла взять в толк, что если все это так и она честна с самой собой, то зачем тогда вернулась сюда, в этот город? Зачем?

Неужели нельзя было открыть студию где-нибудь еще?