Впрочем, это не избавляло ее от определенных обязанностей. Как сестра жениха, она должна быть здесь.
Ради Джулиана. И белая она ворона или нет, но огорчать брата Эви не имела права. Она слишком любила и уважала его.
Потому-то она сейчас и сидела, неторопливо готовясь к предстоящему торжеству, в уютной комнате для гостей, отведенной ей в огромном гостеприимном доме семьи Беверли, и кожей чувствуя присутствие матери, которая делала то же самое в другой комнате, недалеко отсюда.
«Отчего мать так зла?» – недоуменно спросила Эви у своего отражения. Только потому, что леди Люсинда Делахи надеялась в один прекрасный день увидеть у алтаря свою дочь рука об руку с маркизом, а непослушная Эви предпочла ему своего нынешнего любовника?
– Он никогда не женится на тебе! – гневно восклицала ее мать два года назад, когда это произошло. – Бога ради, он – арабский шейх! И, в отличие от тебя, знает свой долг! Когда настанет время, он женится на женщине своего круга. Попомни мои слова, Эви. Попомни мои слова.
Да, она помнила слова матери, и очень хорошо. Особенно с того момента, как они с Рашидом виделись в последний раз.
С тех пор прошло две недели – две бесконечно долгих и мучительных недели, в течение которых Эви пыталась набраться сил, чтобы открыть Рашиду правду. «У тебя было вполне достаточно времени, – усмехнувшись, сказала она своему отражению. – И каков результат? Ты его избегаешь. Ты позволила ему улететь домой, ни словом не обмолвившись о главном, а всю последнюю неделю провела, откровенно от него скрываясь».
Оправдания, оправдания… Вся ее жизнь превратилась в длинную цепочку сплошных оправданий.
С ее губ снова сорвался негромкий вздох. За последние дни она вздыхала все чаще. Темные круги под глазами сегодня не удалось скрыть даже самым тщательным макияжем.
«Малодушная», – укоризненно сказала Эви своему отражению.
Стук в дверь заставил Эви отвлечься от печальных мыслей. Она отвернулась от зеркала, чтобы поздороваться с нежданным визитером, кто бы это ни был. Тяжелая дубовая дверь отворилась, и в комнату вошел Джулиан.